Неделя в Тайпее была тяжелой и пролетела словно день. Я почти не смыкал глаз ночами, досконально изучив подробности своего шикарного номера и, искренне переживая за пассажиров Air France в ночных посиделках перед огромным голубым экраном, чередовал BBC с ископаемыми фильмами и наращивал синяки под глазами.

В Тайпее нельзя курить в помещениях. Они вступили в какую-то там организацию бла-бла-бла и теперь хрен покуришь в баре или в своем номере - вперед на улицу, в строго отведенный угол, и спасибо за понимание. Странно, но это работает. Очень падлит покидать насиженное место и куда-то там топать. Почти не курил.

Бизнес-центр Taipei 101, самое высокое творение рук человеческих, смотрелся там, в моем состоянии, как нечто само собой разумеющееся. Я залезал на металлический выступ решетки балкона на 91-ом этаже и спокойно смотрел вниз.

Ах да, еда там полное говно, худшая кухня в Азии и мало приличных европейских местечек. Я уже писал на твиттере.
Сейчас иду ужинать с двойным удовольствием. Ух.

Каждый раз, когда решаешься затеять уборку на столе или в комнате и, что немаловажно, все-таки совершаешь этот Великий Акт Упорядочивания, Господь спускается с небес и вознаграждает тебя какой-нибудь давно про*банной вещью.

Недавно совершенно случайно пообщался с практиканткой по ОБЖ и на меня нахлынуло.

В моей последней школе, в гимназии то есть, часто менялись преподаватели физкультуры и ОБЖ. И были они все, как на подбор, без царя в голове. Кто гей, кто инвалид, но обязательно с жестким военным бэкграундом. Один из преподавателей мне запомнился на всю жизнь своим курсом выживания в лесу. У всех вроде все как обычно: огонь там добыть, собирать грибочки да ягодки, на помощь звать и прочие сопли. У нашего преподавателя был агрессивный подход – охота. Белки, зайцы и прочая мелкая х*ета его не интересовали. Чтобы выжить в лесу, мы должны были охотиться на лосей.

Сперва, необходимо выявить места скопления сохатых тварей и при помощи ножа или острой палки (бл*ть, острой палки) попробовать исподтишка завалить самый молодняк. Если не получается или тонка кишка – выбираем дерево, у которого кормятся лоси и залезаем на ближайший к земле крепкий сук. Хладнокровно выжидаем, когда обреченный Бульвинкль подойдет пожрать мха и окажется прямо под нами. Достаем наш нож или острую, бл*ть, палку и прыгаем на спину рогатому говнюку.

Далее все должно быть отлажено как механизм Бритлинга. Пока животное охреневает от самого странного в его короткой жизни стечения обстоятельств, мы не теряем времени и натягиваем шкуру на лосиной шее снизу, чтобы через мгновение воткнуть туда нож или острую, бл*ть, палку. Затем режем-режем-режем, и при этом плотно держим добычу за шею, выжидая, пока беснующийся сохатый дьявол захлебнется в собственной желчи, то есть в крови. Остальные лоси из стада непременно скроются с места происшествия, охваченные ужасом и паническим страхом.

После добычу нужно приготовить. Молодой рогатой твари должно хватить на пару дней, ровно до следующей охоты.
Это только в первый раз страшно. В четвертый-пятый лоси будут ложиться как по маслу.

Препод говорил с чувством, его глаза блестели, а мы заткнулись, сидели и слушали. Завалить лося палкой – это для меня теперь сродни посадке дерева и строительству дома с сыном. Каждый раз в зоопарке или на природе, когда я вижу крупное рогатое парнокопытное я обречен думать о его убийстве и не будет мне покоя.

Вот такое ОБЖ, folks.